Наши публикации

А ВТБ против: Вагизу Мингазову не дали очиститься от долгов

издание: БИЗНЕС Online
дата публикации: 15.06.2017
автор: Рустам Ахметгареев

А ВТБ против: Вагизу Мингазову не дали очиститься от долгов
Влиятельный госбанк хочет отобрать у экс-сенатора землю, дома и машины, которые он предположительно переписал на близких в 2013–2015 годах
Личное банкротство бывшего «молочного короля» Вагиза Мингазова накануне могло увенчаться для него хеппи-эндом. Однако уперся банк ВТБ, которому из 409 млн. рублей удалось вернуть лишь 32,6 тысячи. Банк потребовал от финуправляющего выявить полный состав имущества должника и признать недействительными ряд сделок. Впрочем, как выяснил «БИЗНЕС Online», даже после закрытия банкротного дела Мингазова ждет вторая серия: привлечение к «субсидиарке» как руководителя «Вамина».
НЕТ, ЭТО ЕЩЕ НЕ КОНЕЦ
Банк ВТБ не дал завершиться делу о личном банкротстве Вагиза Мингазова, экс-сенатора от Татарстана и бывшего «молочного короля» — владельца агрохолдинга «Вамин», которое могло произойти вчера. На судебном заседании в татарстанском арбитраже финансовый управляющий Мингазова Рузиль Насыров заявил суду, что ходатайствует о завершении процедуры реализации имущества Мингазова. Юристы бывшего «молочного короля» заявили, что против ничего не имеют. Напомним, что в общей сложности ком долговых претензий к Мингазову вырос уже до 9 млрд. 75 млн. рублей, а в ходе конкурсной процедуры удалось выявить и реализовать его имущество на 175 млн. рублей.
Однако судья Ильшат Гилялов не стал ставить в деле точку, заявив, что до судебного заседания поступила жалоба от кредитора, ПАО «ВТБ», и зачитал ее содержание. Оказалось, что главный инициатор личного банкротства — банк ВТБ — обратился с жалобой на Насырова, потребовав суд обязать последнего исправить допущенные, по мнению банка, нарушения. А именно: «Провести все мероприятия по выявлению полного состава имущества должника, предпринять меры по обеспечению сохранности имущества должника посредством подачи заявлений о признании недействительными сделок, провести анализ сделок должника, отраженных в банковских выписках по счетам должника, опубликовать сведения об инвентаризации и оценке имущества должника». Кроме того, банк просит привлечь Насырова к административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, что грозит последнему штрафом до 50 тыс. рублей.
Учитывая, что «последствия рассмотрения данной жалобы могут повлиять на формирование конкурсной массы должника», суд отложил рассмотрение ходатайства о завершении банкротства Мингазова до 10 июля — к этому моменту суд должен рассмотреть жалобу банка.
КУДА ДЕЛОСЬ ЛИЧНОЕ ИМУЩЕСТВО МИНГАЗОВА В 2013 - 2015 ГОДАХ?
Согласно ответу пресс-службы ВТБ на запрос «БИЗНЕС Online», работа Насырова не устроила кредитора по следующим причинам. 10 мая 2017 года финансовый управляющий представил собранию кредиторов отчет об итогах процедуры банкротства Мингазова. Согласно документу, финансовый управляющий «не выявил полностью информацию обо всем имуществе Мингазова, в том числе об отчужденных им в период с 2013 по 2015 год земельных участках, домах и транспортном средстве». Тем самым, уверены в банке, финансовый управляющий не исполнил свои обязанности по обеспечению сохранности имущества должника. Кроме того, он не опубликовал сведения об инвентаризации и оценке имущества должника на сайте единого федерального реестра сведений о банкротстве, как того требует законодательство.
Отметим, что в сенаторской декларации Мингазова за 2013 год, опубликованной на сайте Совета Федерации, фигурировали Mercedes-Benz, зарегистрированный на несовершеннолетнего ребенка, квартира в 242 кв. м, оформленная на жену, два недостроенных дома на 213 и 675 кв. м (также в собственности несовершеннолетнего ребенка) и три земельных участка общей площадью 12 300 кв. м (также в собственности несовершеннолетнего ребенка). То есть уже тогда, будучи членом Совфеда, своих активов Мингазов не имел, чего не скажешь о его семье. Заметим, что в декларации указывается только недвижимость и автотранспорт, а, к примеру, доли владения юрлицами остались «за кадром».
Выяснить позицию финансового управляющего по поводу предъявляемых претензий оказалось затруднительным: по его контактным данным трубку телефона взяла его помощница и сообщила, что Насыров находится по «судебным делам в Казани».
А ПОКА КРЕДИТОРАМ ДОСТАЛОСЬ 1,7% ОТ ИХ ПРЕТЕНЗИЙ
Многим кредиторам «Вамина» перепали лишь крохи — на 5 мая им были перечислены суммы, равные 1,7% от их претензий. Однако кому-то повезло больше, а кому-то меньше. Например, УК «Просто молоко» смогла забрать все свои требования в 139 млн. рублей. Зато ВТБ, который как раз и заварил кашу о признании Мингазова несостоятельным, остался в проигрыше: банк сумел истребовать только 32,6 тыс. рублей из долга в 409 млн.рублей. Справедливости ради скажем: в банке нам уточнили, что сумма задолженности Мингазова перед ними несколько уменьшилась за счет продажи заложенного имущества (которое, видимо, в конкурсную массу не попало), правда, без указания конкретных сумм: «Имущество, заложенное ОАО „Вамин Татарстан“ в обеспечение кредитов ВТБ, было реализовано на торгах. С учетом этого сумма долга компании перед банком снизилась».
Самые гигантские требования, напомним, оказались у АО «Татагролизинг» (100% принадлежит минземимуществу РТ), которое присоединилось к делу о личном банкротстве Мингазова одним из последних. Экс-хозяин «Вамина» остался должен государству 8 млрд. 63 млн. рублей. Из этой суммы удовлетворенными оказались сущие копейки — еще в октябре 2016 года в рамках дела о банкротстве основного должника («Вамин Татарстан») было погашено 16,8 млн. рублей, некими другими способами 5 мая этого года было возвращено еще 642 тыс. рублей. Но все это капля в море — 0,2% Остальным кредиторам были перечислены суммы, равные 0,008% от их претензий. АО «ЮниКредит Банк» пришлось довольствоваться суммой, немного превышающей 10 тыс. рублей от требуемых 129,4 млн. рублей. Аналогичную скромную сумму в 23,4 тыс. рублей от долга в 292,6 млн. получила УК «ТатИнк». И, судя по словам Насырова, прямо заявившего о завершении всех процедур реализации имущества, рассчитывать им больше особо не на что.
Информации о том, что было реализовано из личного имущества Мингазова, немного. Например, это акции ОАО «АСПК» — Арского кирпичного завода, в котором у бывшего владельца «Вамина» был пакет в 0,05% номинальной стоимостью 34,3 тыс. рублей. Бумаги были реализованы со второго раза, покупателем стал бывший член совета директоров и бывший начальник юридического отдела ОАО «Вамин Татарстан» Эдуард Гаязов, приобретший акции за 30,86 тыс. рублей.
Можно предположить, что долги отчасти погашаются за счет личных доходов Мингазова. Согласно опубликованной декларации за 2016 год, у Вагиза Василовича доход составил 2,5 млн. рублей, еще 1 млн. в семейный бюджет добавила его супруга. В собственности у жены бывшего «молочного короля» находится квартира площадью 242 кв. м, сам депутат проживает в ней на правах пользования. Между тем банкротство отца не мешает иметь аграрный бизнес детям Мингазова, которые ни в чем не нуждаются.
«ПОЙМАТЬ МИНГАЗОВА — 2»
Напомним, после завершения дела о банкротстве все долги Мингазова перед кредиторами спишутся. После этого он не сможет стать директором или учредителем юридического лица, а также на протяжении пяти лет будет обязан сообщать своим контрагентам о статусе банкрота. Кроме того, в течение пяти лет Мингазов не сможет объявить себя банкротом повторно.
Однако перед тем как очиститься от всех долгов, Мингазову предстоит избежать еще одной ловушки — привлечения к субсидиарной ответственности (ответственности контролирующих лиц по долгам компании). Такое заявление подал недавно конкурсный управляющий ОАО «Вамин Татарстан» Сергей Кондратьев. Под его горячую руку попал и другой топ — Раис Гумеров (гендиректор «Вамина» в 2011 - 2012 годах), к которому предъявляются аналогичные требования. В реестре сведений о банкротстве сообщается, что с экс-менеджеров Кондратьев требует взыскать ни много ни мало 10,6 млрд. рублей. Конечно, по статистике, в большинстве случаев контролирующим лицам удается избежать субсидиарной ответственности. К примеру, в 2016 году Арбитражный суд Республики Татарстан удовлетворил лишь 7 из 24 заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности (если верить данным единого федерального ресурса сведений о банкротствах). Но Мингазову снова приходится идти по лезвию бритвы: как пояснили нам юристы (см. ниже), груз «субсидиарки» будет преследовать Мингазова даже после завершения его личного банкротства.
Кондратьев комментировать «БИЗНЕС Online» свое заявление не стал. И можно только гадать: то ли управляющий просто следует букве закона, то ли это делается для того, чтобы получить на руки судебный документ об отказе, усилив тем самым защиту от кредиторов, то ли он действительно надеется что-то стребовать с экс-сенатора. В ВТБ подтвердили «БИЗНЕС Online», что не будут упускать и данной возможности: «Банк будет поддерживать заявление о привлечении контролировавших ОАО „Вамин Татарстан“ лиц к субсидиарной ответственности».
Источник, знакомый с позицией стороны Мингазова, рассказал корреспонденту, что экс-владелец холдинга выступал лишь поручителем, и поэтому его сторона надеется, что банкротство будет завершено по классическому варианту: с погашением всех долгов.
БАНКРОТСТВО НЕ ОСВОБОЖДАЕТ ОТ ДОЛГОВ, ВОЗНИКШИХ У КОМПАНИИ ПО ВИНЕ КОНТРОЛИРУЮЩЕГО ЛИЦА
«БИЗНЕС Online» узнал у экспертов в области банкротств, может ли у Мингазова остаться долг даже после завершения всех банкротных процедур.
Айрат Давлетшин — ведущий юрисконсульт юридического агентства «ЮНЭКС»:
— В случае если конкурсному управляющему удастся доказать связь между привлекаемыми к субсидиарной ответственности лицами и банкротящимся предприятием, то необходимо отметить, что действует презумпция виновности контролирующих должника лиц в несостоятельности компании, и на них возлагается бремя доказывания обратного.
Задолженность гражданина по субсидиарной ответственности перед кредиторами должника является основанием для возбуждения процедуры банкротства в отношении данного гражданина либо включение данного долга в уже имеющееся банкротное дело. Как правило, после завершения расчетов с кредиторами банкрот освобождается от дальнейших требований, но, следует подчеркнуть, не в случае с субсидиарной ответственностью контролирующего лица.
Такие «особенные» требования сохраняют силу независимо от того, были они заявлены или нет в рамках процедуры банкротства физического лица. Следовательно, лица, привлеченные к субсидиарной ответственности, не смогут избавиться от нависшего над ними долга вплоть до ее погашения.
 


Создание сайта "Еатек" (2001-2017)